Алхимики нашего времени

Очень много людей нынче ищут философский камень под названием "самый правильный образ существования человечества", этакую теорию всего, которая примиряла бы все социальные группы.

Такую теорию вполне себе можно придумать, если частично игнорировать реальность, например, естественное отвращение к чему-то, что мне не подходит. Если я игнорирую это в себе, то буду игнорировать и чужие "не хочу, мне не надо, мне не подходит". Соответственно, каждая такая теория обречена на провал, потому что отвращение это никуда не девается, рано или поздно оно прорывается в виде выплеска агрессии как раз в том месте, где существует это "не хочу". Сюда же относится и теория толерантности, или "давайте все друг друга будем уважать".

Хотим мы этого или нет, у каждого из нас есть собственные, выработанные нашим опытом, ценности и предпочтения. И что нормально для одного, совершенно неприемлимо для другого. Например, мне нормально курить, а другому человеку может стать плохо от дыма сигарет.  Я могу беситься от "душегубок" в аэропортах и считать, что мои права курильщика не уважают, а некурящие будут при этом крутить пальцем у виска и с отвращением проходить мимо этих стеклянных коробок, думая о том, как же люди могут себя так травить.

"Давайте жить дружно" - это история противостояния противоречий, которая будет всегда, и разрешить ее одной, да и даже сотнями, красивых теорий невозможно. Можно в каждом отдельном случае искать конкретное решение.

Мне все время хочется спросить  нынешних алхимиков: что вы будете делать, если представить, что вы разрешили все противоречия?

Для меня вот эта попытка примирить непримиримое и впихнуть невпихуемое  и есть борьба с ветряными мельницами. Вслушайтесь в эти замечательные слова Декарта: "Сущее невозможно разделить без остатка". Всегда есть я и всегда есть среда, кто бы в ее роли не выступал: отдельный ли человек, группа людей или вся вселенная. И всегда между мной и средой будет проходить невидимая граница, сотканная из наших противоречий. Если бы Бог действиетльно существовал, то он все устроил таким образом, чтобы мы никогда не смогли разрешить одним махом все противоречия, потому что это означало бы конец жизни.
Метки:
Аня, мне видится, что этот вопрос каждый решает для себя так, как ему удобно.
Мне лично не нужно разрешать противоречия в жизни других - это личная прерогатива каждого, замахиваться на чужую территорию после множественных попыток на ней что-то подправить я оставила, по счастью. Чаще всего хочется что-то починить именно у другого, не у себя.

Если у себя смогла все противоречия привести в согласие друг другом, я решила достаточную задачу и перестала видеть необходимой задачу приводить в согласие других людей с самим собой.

Каждый в ответе только за личные ветряные мельницы. И Бог существует по образу и подобию человека, а не наоборот. Мой Бог - пожившая женщина с моими чертами, приведший меня к тому, что есть, которому я благодарна за то, что есть, - чего нет, того, стало быть, мне и не нужно.

Противоречия - внутри. Признать право на отвращение и любить себя отвратительную мне видится решением противоречия. Потому что про себя я знаю, что сама себе не подхожу куда больше, чем другие мне и другим я. Принять себя отвратительную - очень сложно. Если удается - это большая победа.

Спасибо, Аня, за желание высказаться. Со временем оно становится всё более слабым, что тоже хорошо и правильно:)

Edited at 2015-04-06 09:32 (UTC)
Интересно - зацепилась за слова "права курильщика", разглядываю теперь это со всех сторон - как много всего, оказывается, вокруг этого во мне есть :0)
а можно дать определение "противоречиям"?
Мне кажется что когда стремишься жить осознанно и аутентично/подлинно, то осознаешь что это люблю а это нет, это задевает а это нет... могу выбрать так, а могу так... А жизнь без неприятностей не реально... и т.д. и т. п.
противоречия возникают тогда когда есть некоторая моральная ценность, и есть обстоятельства, в которых эту моральную ценность реализовать не удасться, например, есть моральная ценность "всех уважать", но в реальности я, например, не буду уважать человека, изнасиловавшего ребенка, женщину или другого мужчину, в реальности я буду испытывать к нему отвращение и презрение. Это в частной жизни. А в профессиональной, если такой человек будет страдать от огромного чувства вины и глубоко и искренне раскаиваться в совершенном насилии, я буду уважать его за храбрость признать совершенное преступление и буду способствовать его психологической реабилитации, то есть вступлю в противоречие со своей естественной реакцией на насилие.