(без темы)

Меня иногда спрашивают: "А у вас дети ссорятся?". А то ж! Ссорятся - это иногда мягко сказано. Воюют. Думаете почему у нас во всей квартире каждый год художественный перекрас стен?
Нынче после трудового дня задремала. Глаз приоткрыла от воплей и грохота чего-то теперь разбитого. Ну, думаю, хруста костей не слыхать, пол от крови не липкий, горелым не несет - все в порядке в принципе. Но пошла проверять, я же мать.
Слегка вспотевшие детки увидели меня и стали орать:
- Он меня ударил в живот!
- А она меня толкнула вон туда, в угол прямо!
- Там тебе и место до конца жизни!
- Это тебе там конец жизни!
- А тебе вообще конец, малявка!
И хором:
- МАМА! НАКАЖИ ЕЕ/ЕГО!
Ага. Щас. Развела по разным аудиториям: одного зубы чистить, вторую портфель на завтра собирать. Потом поменяла местами. Запихнула обоих в кровати. Полежали в темноте. Посопели. Потом как-то быстро Сашку отпустило. Девица, как курочка на своем насесте, развалилась на втором этаже и подкудахтывает уже: "Jingle Bells... or One Horse Open Sleigh...". С нее как с гуся вода. Слава богу.
Вовыч мужчина. Он другой. Как тигру положено, под одеяло залез, только затылок лохматый торчит. Ну, села гладить. Минутки через две вылезла вся голова, а потом и целиком ребенок.
- Слушай, мама, - шепчет, - я плохой вырасту. Саша сказала, что я вырасту дураком. И я вот чувствую, что эта зараза права...
- Ерунда, - говорю, - я тебе при рождении знаешь какие умные мозги дала? И сердце огромное и сильное. Ты не сможешь вырасти дураком. Ты рожден чрезвычайно умным и добрым.
- Мама, мне стыдно за все плохое, что я сделал.
- Это очень хорошо, Вовка. Стыд - это высокое, хорошее чувство. После стыда плохого не совершишь. Стыд не все умеют переживать. Я думаю, Вовыч, это вообще чувство добрых, благородных людей.
- Королей?
- Да, самых лучших королей.
Вовыч подумал и спросил:
- А вдруг я буду ошибаться? И сделаю что-то неправильное?
- Это нормально, ребенок. Ошибка - обязательная часть жизни. На ошибках учатся. И не забывай, что я-то тебе всегда помогу.
Вова вздохнул и сказал:
- Мама, не обижайся, но как ты мне поможешь, когда я вырасту? Ты же будешь старенькая. И слабенькая. Как наша бабушка.
- Что ты! Я еще сильнее буду! Это ручки и ножки у меня слабее станут, а голова и сердце только сильнее! Знаешь, какое у нашей бабушки сердце сильное?! Уууу!
Вова опять помолчал а потом еще тише сказал:
- Мама..., я не хочу тебя расстраивать..., но люди умирают. Все. Ты знаешь?
- Знаю. Умирают. Это тоже часть жизни. Но они все равно нам помогают, даже если умерли. Вот у меня была бабушка. Невероятно сильная и умная. Она долго жила, а потом умерла. Я очень-очень плакала. Но теперь, когда ее вспоминаю, становлюсь сильнее. Так она мне и сейчас помогает. И я тебе буду всегда помогать. Всегда-всегда.
Вдруг Сашка спустила вниз голову:
- А мне помогать?
- А тебе я на 4,5 года дольше уже помогаю!
- Мама, я люблю тебя!
Тут Вовыч пустил слезу от чувств: мама, какая ты хорошая... А я ввернула мораль: при такой-то роскошной матери, кошки-матрешки, как вы, дети, можете не уважать друг друга, ругаться, драться и вообще меня расстраивать? А?! Вот, правильно молчите. Ибо неча. Мы ж семья, что может быть дороже?
Все. Всех люблю. Спокойной ночи.




А наша свекровь делает вид, что она ласковая кошка, а сама детьми манипулирует и ни на шаг не отпускает. Страх берёт, что она постоянно и после смерти с детьми будет.