Поржать в честь выходного дня.

Там немного есть мата, ну вы извините если что:)

Ольга Бешлей пишет на ФБ:

О книге японской женщины, которая научила человечество правильно убираться, я писала в последнем рассказе на Кольте (http://www.colta.ru/articles/society/12285), но моя история с этой книгой на самом деле кончилась лишь на днях. Кончилась внезапно и, я бы даже сказала, трагически.

Японская женщина утверждает, что уборку нужно начать и кончить одним днем, но я растянула ее на месяц. Во-первых, устаешь таскать мешки с мусором с 12-го этажа, пусть даже и на лифте. Во-вторых, неприятная сцена — когда ты подходишь с десятым мешком к зеленым контейнерам, а бомжи уже щупают твои оставленные кофточки из пятого мешка и разбрасывают тетради из третьего. У меня чуть сердце не лопнуло, когда я увидела, как беспомощно лежит в траве моя босоножка.

В-третьих, есть вещи, которые хуй выбросишь. В рассказе я упомянула злополучный матрас, но гораздо большей проблемой стал рентген мозга. Этот рентген не мог покинуть квартиру неделю. Я все брала его в руки и думала: «Вдруг пригодится». «Где? Где тебе, блядь, пригодится твой рентген мозга?!» — спрашивала я потом себя, снова брала рентген и ходила с ним по квартире. В какой-то момент мне даже пришло в голову повесить его на стену, но, я слава Богу, не стала и пробовать. Победить рентген мозга удалось лишь тогда, когда я нашла у себя флешку с его электронной версией.

Но жизнь так устроена, что если тебя не погубит твой мозг, это сделает что-то стороннее — например, Петр Первый.

Я приступила к разбору фотографий. Японская женщина предупреждала, что этот этап будет самым тяжелым, потому что мы склонны придавать таким вещам излишнюю ценность — боимся, что выкинув сентиментальную хуевинку, забудем целый кусок из жизни. Но страхи эти необоснованны, потому что кое-что действительно следует забыть, а все ценное наша память, на самом деле, сохраняет автоматически.

Сначала жалко было все фотографии. Потом я решила — выброшу те карточки, где я с людьми, которые мне не нравятся. Оказалось, что я тот еще мизантроп — в мусорный пакет отправилась половина всех фотографий. Потом еще какие-то странные карточки из школьной раздевалки, из туалета театра и каких-то поездок, где я стою и улыбаюсь со своими одноклассниками, а мне там на самом деле совсем не весело и не до улыбок, потому что в автобусе мне залили голову лаком, а в отеле облили ночью пеной для бритья. В общем, я так почти все и выкинула, потому что оказалось, что все эти карточки совсем не хорошие и не счастливые, а только такими выглядят. Потом я решила выкинуть фотографии, на которых я некрасивая или не улыбаюсь, а стою с лицом «я говно и жизнь говно». Таких тоже было очень много. Короче, я уже очень радовалась, что так здорово придумала, как мне оставить в своей жизни только по-настоящему хорошие фотографии, но тут явился Петр.

Это был год 2003-2004, мама впервые повезла меня в Санкт-Петербург. Мы жили очень далеко у родственников, до города каждый день добирались на автобусе, и мать, к тому же, пилила меня с утра до ночи. И вот в Петергофе меня сфотографировали в обнимку с уличным Петром Первым, и Петр там классный, а у меня лицо — «я говно, жизнь — говно, и Петр ваш — тоже говно». Ужасное лицо.

Так вся уборка и встала, потому что сломалась концепция: Петр мне нравится, а я себе — нет. Три раза я выкидывала карточку и трижды ее доставала. Потом устала и бросила убираться.
Блядь, вот так живешь себе, копошишься, пытаешься как-то выстроить свою жалкую, никчемную жизнь, а потом появляется, сука, Петр Первый, и все летит к хуям.
Метки: